Только тут, в третьем круге, Вальверде заметил, что вокруг творится что-то неладное. Это место наиболее темное и невнятное в его рассказе. Неожиданно, вспоминал он, Пилью упал на колени и стал ногтями царапать плиты дороги. Высеченные на верхних ярусах из гранита, они приобрели здесь тускло-желтый цвет — дорога была вымощена чистым золотом. «Пайтити, Пайтити», — словно в трансе, повторял метис, осыпая поцелуями желтый металл. Хозяину стоило больших трудов поднять Пилью на ноги и заставить идти дальше, навстречу новым чудесам Дома Грез.

Они проходили под великолепными золотыми арками, через покои, украшенные мерцающими самоцветами, видели таинственные храмы, охраняемые серебряными статуями с глазами из драгоценных камней. Затем они вошли в удивительный золотой сад, один из тех, которыми славилась страна инков, и там, среди золотых яблонь с поющими серебряными птицами их встретил король Земли Снов. Он приветливо говорил с путниками и предложил им быть гостями его королевства. А королевство то, рассказывал Вальверде, было весьма обширно и включало в себя не только подземные полости, но и воздушные сферы, а также некие круги, лежащие за границей четырех стихий (Монтесинос, ссылаясь на дальнейшие события, не колеблясь объявил эти «некие круги» областью инферно). И чем дальше продвигались путники в глубь Земли Снов, тем прекрасней казалась им эта страна.

Что произошло дальше, неясно. На груди, под рубашкой, Вальверде носил серебряный крест с волосом Святого Яго из монастыря в Эстремадуре. «В какой-то момент, — вспоминал Вальверде, — крест стал жечь мне кожу, а потом вдруг вспыхнул ослепительным белым пламенем. И упала с моих глаз дьявольская пелена, и я прозрел. И увидел, что лежу на камнях в недрах земли, в страшной пещере, полной мерзопакостных чудищ, и что Пилью уже нет со мной. И хотел я встать и бежать обратно, но не было сил, ибо глаза мои закрывались сами собой, и я вновь погружался в блаженство и роскошь золотых садов. И так я долго боролся с сатанинским наваждением, но оно неизменно одолевало меня».