— Тогда, возможно… — я коснулся обмотки катушки отверткой и сразу забыл, что хотел сказать.

Потому что пузырь зашевелился, мы услышали звук, похожий на человеческий вздох, тут же какая-то непонятная сила вырвала отвертку из моих пальцев, и инструмент просто исчез. Мгновенно и бесследно.

Мы невольно отшатнулись — как тигры при виде огня — и замерли, не веря собственным глазам. На секунду я словно отстранился, увидел нас со стороны, и все вокруг показалось мне дурным сном: темный туннель, блики ламп, двое парней в рабочих комбинезонах, застывшие в нелепых позах над металлической катушкой. Но потом инстинкт ученого взял верх над человеческим страхом, и за ближайшие четверть часа мы отправили в небытие наши карандаши, пачку сигарет и все гайки и шурупы, которые нашли в карманах. Феномен исправно «работал», но мы ни на шаг не приблизились к тому, чтобы понять суть явления.

— Мы должны в этом разобраться, иначе нам будет трудно оставаться материалистами, — сказал Конрад.

Я шарил по карманам, размышляя, что бы еще скормить ненасытной катушке.

— Думаю, нам нужна вещь с резким запахом. Зажженная сигарета или горелая резина. То, что мы сможем потом найти.

Конрад не отрывал глаз от приборов:

— Не может быть! Эта штука потребляет всего 2,907 ватта. Чертовски мало — даже комара не прихлопнешь. А она уже столько сожрала. — Он наконец поднял голову. — Енс, этому есть только одно объяснение.

— Ага, — понял я в ту же секунду.

— Квантовый эффект, — продолжал Конрад.

Я кивнул:

— Макроскопический квантовый эффект. Все эти вещи просто перешли…

— …в иное состояние материи, — закончил Конрад.

Я выпрямился и посмотрел в даль темного туннеля ускорителя. Я вовсе не рассчитывал увидеть там что-то новое, наоборот, даже эта фантастическая картина представлялась мне удивительно обыденной и успокаивающей по сравнению с той, что плясала в моем воображении.