Тем более что первый пилот оповестил по внутренней связи о приближении к зоне высадки. Спецназовцы зашевелились, в последний раз проверяя снаряжение, надевая шлемы и включая электронику костюмов. «Найт Хок» замедлил скорость; пилот высматривал подходящую площадку. Ни одна из скупых прогалин в сплошной чаще не показалась ему подходящей для безопасной посадки, так что высаживаться предстояло с воздуха. Вертолет завис над крошечной поляной, разгоняя взвихрившийся туман; из открывшихся по обоим бортам люков в ночную мглу вывалились, разматываясь, два троса. Блэкбеар и Биденмайер пристегнулись к ним карабинами и заскользили вниз; следующая пара уже пристегивалась, следующая — занимала очередь. Последними стофутовый спуск преодолели Брэддок и Джонс. Доктор уже несколько раз проделывал подобное во время тренировок, и все же явно нервничал, скользя куда-то во мрак, в то время, как злой ветер от грохочущего винта немилосердно хлестал его кожу и трепал одежду. Ударившись ботинками о мягкую землю, заросшую травой, он почувствовал себя куда спокойней.

«Пума-1, вокруг чисто», «Пума-2, подтверждаю» — звучали доклады в шлеме Брэддока. Полковник сообщил на вертолет, что высадка прошла по плану.

«Понял, Пума-лидер, возвращаюсь. Удачи вам!» — ответил пилот. Невидимая во тьме машина поднялась выше, развернулась и пошла на север. Вскоре рокочущий звук затих вдали.

Группа тем временем уже быстро шагала сквозь заросли, стремясь оказаться подальше от места высадки. Прозрачные забрала шлемов были опущены; туда проецировалась картинка с приборов ночного видения, маленькие стрелочки, указывавшие каждому члену отряда направления на остальных, а также ключевые показатели состояния окружающей среды. В активном режиме оружия специальная насадка на стволе выводила сюда же перекрестие прицела, скорректированное по дистанции с помощью лазерного дальномера. Сейчас индикаторы температуры показывали +11 по Цельсию (после очередного утрясания внутринатовских стандартов в армии, наконец, была введена метрическая система — впрочем, в авиации по-прежнему оставалась британская, что порою приводило к неприятным казусам).