— А фигурки?

— Не знаю, — пожал плечами Джонс. — В мифологической традиции, конечно, говорить может не только человек, но и ягуар — один из центральных, кстати, образов в майянской культуре, и даже улитка. Но с бесформенным куском горного хрусталя такой эпитет плохо сочетается. Можно предположить, что на самом деле «говорящими» названы только три статуэтки, а четвертый предмет — нечто совершенно отдельное. Для чего они нужны, опять-таки трудно понять. Видимо, как-то связаны с тем самым абсолютным оружием.

— Но они — это не оно само?

— Нет, конечно же, — широко улыбнулся археолог. — Вряд ли даже жрецы майя верили, что простые статуэтки из довольно ценных, но все же не раз применявшихся в майянской культуре материалов могут обладать смертоносной силой адских демонов. Я держал их в руках и могу засвидетельствовать — они мало чем отличаются от других подобных изделий. Надеюсь, когда мы доберемся до святилища, картина станет яснее.

— Хочу напомнить вам, док, что мы — спасательная команда, а не археологическая партия. Наша задача — отбить у террористов вашего друга и ваши находки, но не более чем. У меня нет приказа лезть в древние лабиринты, где неизвестно что может свалиться на голову, и, если этого не потребуют наши главные задачи, мои люди туда не пойдут. Я, разумеется, ни на одну секунду не верю в демонов индейской преисподней, но я слыхал, что в таких сооружениях бывают ловушки. К тому же тысячелетние конструкции иногда обрушиваются просто от старости. И вы туда тоже не пойдете. В другой раз — сколько угодно, но, пока я командую операцией, я отвечаю за всех, кто в ней участвует.

В первый миг Джонс, кажется, собирался бурно протестовать, но понял, что умнее будет не спорить.