Было почти темно, когда желтый свет фар, выхватил ещё один маленький аккуратный домик.

Больше из злого азарта, нежели на что-то надеясь, он сильно дёрнул за шнурок колокольчика.

К его удивлению никто не стал ни громко кричать, ни спускать на него собак.

Отворилась небольшая калитка и навстречу ему вышла маленькая седая старушка в черном платке на голове.

-Постояльцев пускаете,- почему то тихо спросил сразу оробевший Джон.

-Заходи сынок заходи,- тихо и приветливо проговорила она.

-Да я на машине,- опять тихо проговорил Джон.

-Сейчас мы откроем ворота,- вдруг почему то засуетилась старушка,- ох помоги ,сынок, и громко охнув она схватилась за поясницу.

Торопливо подскочив к ней Джон с трудом раскрыл тяжёлые ворота и загнал машину.

Зайдя в комнату, Джон невольно остановился. Его поразили глаза старушкисиние необычайно василькового цвета казалось они смотрели не на Джона, а куда то далеко вглубь себя.

-Кушать будешь ,сынок,- опять приветливо спросила она.

-Да не отказался бы,- с трудом проговорил Джон.

Старушка поставила на стол тарелку густого наваристого супа с курицей, дала Джону большой ломоть свежего чёрного хлеба а сама уселась напротив него и подперев голову рукой стала смотреть на него.

Но странное дело, пристальный взор старушки нисколько не настораживал Джона, а ,наоборот, придавал ему спокойствие и уверенность.

-А ведь ты похож сынок на него, очень похож,- и старушка тихонько вздохнула.

-На кого бабушка? - спросил Джон.

-Да на сыночка моего Арнольда .

-А где он сейчас?- спросил Джон.

-Нет его, сыночка моего,-тихо ответила она. Уже полгода как нет. Убили его.

И тело его белое так и осталось лежать навеки в чужой земле.

И старушка опять тихонько вздохнула.