-А вы поплачьте бабушка поплачьте,- участливо проговорил Джон,- так легче будет.

-Да отплакала я своё,- тихо сказала старушка. Теперь не я, теперь сердце моё плачет.

В комнате повисло неловкое молчание.

-Вот ведь сволочи какие,- стремясь разрядить затянувшуюся паузу быстро заговорил Джон.

Взяли и ни за что ни прочто убили хорошего парня.

-Он служил у меня по контракту в Сербии,- сказала старушка и взглянула на Джона своими васильковыми глазами. Хотел заработать денег, чтобы жениться на Берте и старушка показала на фотографию девушки, висевшую на стене. До конца срока осталось две недели, когда мне пришло письмо.

Она вынула из за пазухи желтый листок и подала его Джону.

-Но вы хоть на могилу к нему ездили?- спросил он.

-Нет и могилы его нет. Как сказал его офицер он подорвался на мине, а кто знает кто поставил эту мину свои или чужие. Я не виню тех людей ведь они защищали свой дом, а Арнольд был для них чужим, но хоть бы тело от него осталось и старушка бережно свернув листок засунула его обратно за пазуху.

Вот и кровать его осталась а его нет,- и старушка опять тихонько вздохнула.

Оставшись один Джон торопливо принялся распаковывать свои вещи.

По характеру своему он был натурой легко возбудимой неуравновешенной и разговор со старушкой окончательно выбил его из колеи.

Уже десятый раз он вертел в руках бинокль абсолютно не понимая зачем он это делает.

"Завтра успею",- и он со злостью швырнул его на дно корзины.

Погасив свет и не раздеваясь, он улёгся на кровать.

В глубине комнаты неторопливо ходил маятник размеренно отмеряя порции времени, где-то под полом, поедая свою скудную трапезу шуршали мыши.

Бесконечная лента памяти помимо его воли начала медленно раскручиваться в голове Джона.

Вот он счастливый и смущенный стоит с почетным аттестатом колледжа, учителя прочат ему блестящее будущее. И мать с гордостью смотрит на него.