— Я почувствовал небольшое недовольство, когда мне показалось, будто она что-то заподозрила. Хотя это длилось недолго.

— Ты должен быть благодарен даже за это.

— Верно.

Пил сердито прищелкнул языком, затем опустился на колени, как бородатый Ванька-встанька, и, блестя лысиной, стал рыться в разбросанном содержимом сумочки леди Саттон. Он собрал деньги и положил в карман. Затем взял руку покойницы и указал ею на Феону.

— Ты всегда восхищалась ее сапфиром, Феона. Хочешь?

— Тебе не снять его, Боб.

— Сниму, — пропыхтел он, поворачивая кольцо.

— Да черт с ним, с сапфиром.

— Нет… Оно поддается.

Кольцо продвинулось, потом застряло на складке у сустава. Натянув кожу, Пил тянул и поворачивал кольцо. Раздался тошнотворный хруст и палец оторвался. Гадкий запах гнили ударил им в ноздри, пока они со смутным любопытством разглядывали палец.

Пил пожал плечами и бросил палец, потом поднялся с колен, с отвращением вытирая руки.

— Как быстро она разлагается, — сказал он. — Странно…

— Она слишком жирная, — сморщил нос Брафф.

Феона отвернулась, в неистовом отчаянии стиснув свои локти.

— Что же нам делать? — прокричала она. — Что? Неужели не осталось на Земле ощущений, которые мы не испытывали?

Сухо прожужжав, китайские часы начали быстро бить. Полночь.

— Мы должны вернуться к наркотикам, — сказал Финчли.

— Они так же скучны, как это ничтожное убийство.

— Но есть другие ощущения. Новые.

— Назови хоть одно! — раздраженно бросила Феона. — Хотя бы одно!

— Могу назвать несколько, если ты сядешь и позволишь мне…

Внезапно Феона прервала его.

— Это ты говоришь, Диг?

— Н-нет, — сдавленным голосом ответил Финчли. — Я думал, это Крис.

— Я молчал, — сказал Брафф.

— Ты, Боб?

— Нет.

— Т-тогда…