— А-ме-ри-ка? — осторожно произнес министр информации и пропаганды. — А? Как вам — Америка?

— Во! Пойдет! Объявим врагом всеобщим Америку, врагами — американцев, а по-простому, по-пошлому — пиндосов. Это пройдет. Должно пройти. А где тут мы Америку эту установим? — крутанул глава правительства большой золоченый глобус.

— Как можно дальше от нас. Лучше — на другой стороне света.

— То есть, вот тут, значит, — палец с холеным полированный ногтем ткнул в сплошное синее пятно западного полушария. — Так. Решено. Значит, записываем нашу политику: мы — лучшие… Успокойся, успокойся, дурик. Лучшие мы, просто пиндосы помешали опять, понимаешь? Американцы эти во все щели лезут. А нам, народу-богоносцу, до них ничем не достать. А их методами мы не можем, ибо избранные суть. Министру информации и пропаганды: открыть народу Америку. Министру образования и культуры: вставить про Америку в историю и географию. Объяснить все. Организовать командировки писательские… Ну, придумайте там сами. В общем, книг побольше чтобы было. И в газетах новости чтобы. Министр наш спортивный утрет глаза и сообщит народу, что проиграли из-за пиндосов проклятых. Все они лучами нас разными мучают. И погода! Погода наша плохая — от них. И урожаи хреновые… И мы все должны, как один человек, в тесном строю и так далее и так далее… Ну, не мне вас учить. В общем, эль пуэбло унидад хамас сера венсидо. Ясно?

— Так точно! — встали дружно министры.

И пошли открывать народу Америку.

Демократия — это когда большинство!

— А ну, постой-ка, гражданин хороший! — выдвинулся из тени местный участковый. — Ты чего мимо опять бежишь, с мужиками вместе не выпиваешь?

— Да я это… Не заметил я вас, извините, — вынужден был я остановиться.

— Заметил, не заметил — это без разницы… Штрафная тебе.

— Ну, не могу я никак! Жена дома ждет. И еще… О! — вспомнил я с радостью. — У меня ж предъязвенное!