После этого разговора как будто что-то стронулось в его душе. Впервые за долгие годы его сердце раскрылось навстречу свету жизни, который, казалось, излучала эта девушка. Ему, казалось, во всем величии открылась простая истина: как бы ни бесновалось Время, пожирая все на своем пути, вечно будет жить Непреходящее - человеческие чувства, любовь, дружба...

В один из последних "дней" торможения "Паллады" Светлана неожиданно подошла к Руссову и, глядя на него своими ясными серыми глазами, сказала:

- Хочешь быть моим другом, Сумрачный Астронавт... там... на Земле, когда мы вернемся в Город Вечности?.. - и запнулась, невольно краснея. Руссов не сводил с нее глаз, в которых отражались неудержимая радость, удивление, любовь, благодарность за доверие, сомнение в возможности столь быстрого исполнения его страстной мечты.

Вместо ответа он молча прижался губами к ее руке.

x x x

...Зеленый свет струился отовсюду. С главного экрана Руссову улыбался диск Альфы Эридана, разбрасывающий в пространство дрожащие, переливающиеся голубоватыми тонами зеленые стрелы. Синеватый ореол короны нового солнца и искры, вспыхивающие на шкалах приборов, заставляли жмурить глаза. Он стоял у пульта рядом с Вареном, изредка касаясь его руки, и уверенно вел "Палладу" к средней планете системы - планете, окутанной зелено-голубым одеялом атмосферы. Мощно пели ядерные тормозные двигатели. Корабль, повинуясь его командам, плавно вошел в верхнюю атмосферу неведомой планеты...

Когда утихло дрожание корпуса "приземлившейся" "Паллады", Варен одобрительно сказал Руссову:

- Мастерская посадка! Ты неплохо освоил управление

кораблем. - Как красиво! - воскликнула Светлана, указывая

на боковой экран, где в лучах зеленого солнца предстала их глазам волшебная страна.

- Приготовиться к высадке на планету! - прокатилась по астролету команда, повторенная автоматами во всех отсеках.