— Я сделал то, о чем меня просили, и не скажу больше ни слова, — сказал Артавазд. — Я простодушный персидский вельможа, и мне недоступны ваши греческие хитрости.

— Я могу увеличить мощь твоих армий! — крикнул я Атталу.

— Не сомневаюсь, не сомневаюсь также и в том, что ты можешь обращать людей в камень заклинаниями, как Горгоны взглядом. — Он вытащил меч и попробовал острие большим пальцем.

— Ты лишишь его жижни прошто по невежеству швоему! — завопил Аристотель, ломая руки. — Пушть, по крайней мере, царь рашшмотрит это дело!

— Не по невежеству, — сказал Аттал, — а как убийцу. — Он указал на мертвого солдата.

— Я пришел из другого мира! Из другого века! — закричал я, но Аттал был непоколебим.

— Пора покончить с этим, — сказал он. — Поставьте его на колени. Возьми мой меч. Главк, мне с ним не совладать, я еле стою на ногах. Наклони голову, милый мой варвар, и...

Не успел Аттал договорить, как он, и все остальные, и все вокруг меня исчезло. Я снова испытал ту острую боль и ощущение, будто меня выстрелили из чудовищной пушки...

Я увидел, что лежу на прошлогодних листьях, окруженный отливающими перламутром стволами тополей. Свежий ветерок шевелил листья так, что видна была их нижняя серебристая поверхность. Для человека, одетого в одни сандалии, было чересчур холодно.

Меня отбросило обратно в 1981 год по нашему летоисчислению, в год, из которого я отправился в путешествие. Но где я? Я должен был быть неподалеку от Национального института в Брукхейвине, в мире, где все было подчинено высокоразвитой науке. Но здесь от нее не было и следа; ничего, кроме тополей.

Охая, я поднялся и огляделся. Я был весь покрыт синяками, изо рта и из носа текла кровь. Я мог ориентироваться только по отдаленному гулу прибоя. Дрожа от холода, я заковылял на звук. Через сотню-другую шагов я вышел из леса на песчаный берег. Вероятно, это было побережье острова Севанхаки, или Лонг Айленда, как мы его называли, но точно определить было трудно. Вокруг не было никаких следов присутствия человека, только берег, изгибавшийся вдали и исчезавший за мысом, с одной стороны лес, с другой — океан.