Но стекла под рукой не было, и отец сказал: «Ладно, сойдет». Это его любимое выражение. Мать всегда кипит, когда слышит его.

И она права. Отец действительно сработал впустую. Крысам прогрызть фанеру ничего не стоит. Вот и прогрызли. Он, Дик, сделает не так, он заколотит нору как надо: запихнет сначала в отверстие битое стекло, а уж потом сверху прибьет дощечку. Пусть тогда твари сунутся — только морды порежут.

Дик решил взяться за работу немедля. Бетси снова очутилась в кроватке и получила бизона на расправу. Ящик с инструментами из ниши под раковиной переехал на середину комнаты: молоток есть, гвозди есть, дощечка есть, а вот стекло…

Так оно и бывает в жизни: самые далекие вещи вдруг становятся близкими. Другой человек, кажется, год бы думал и не придумал, что общего между крысиной норой и пиратской бутылкой. А Дик связал одно с другим за минуту. Это у него получилось замечательно. В самом деле: в одном месте ему кусок стекла не нужен, а в другом нужен. Для пиратской бутылки горлышко лишнее, а для норы круглый стеклянный осколок — в самый раз.

Значит… Значит, от бутылки горлышко следует отбить, а нору осколком заделать. Получится то, что надо, просто отлично получится.

Дик гордился своей сообразительностью, но в то же время где-то глубоко-глубоко мелкие иголочки совести покалывали его. Как-никак, если правду говорить, то, что он собрался сделать с бутылкой, было мошенничеством. Ребята будут думать, что горлышко отбито рукояткой ножа, что отбил его пират, что прошло с тех пор лет двести, а на самом деле все это не так, все подделка.

Однако Дик не очень дал иголочкам колоться. В конце концов, в чем дело? Были такие бутылки у пиратов? Были. Это и Бронза видел. Пил ром из такой сам Роберт Кид? Пил. Значит, ясно, что посудина пиратская? Ясно. Ну и всё, ну и не о чем больше говорить! А что горлышко уцелело — случайность… И если сейчас он собрался сделать с бутылкой то, чего не сделали пираты, — в этом ничего особенного нет. Просто ему не хочется, чтобы ребята приставали с расспросами.