Однако мать, неожиданно для Дика, отнеслась к названной цифре спокойно.

— Хорошо, доктор. Раз нужно — так нужно, — покорно сказала она. — У нас есть страховой полис. Мы сдадим его. Деньги будут.

— Вот и отлично! — оживился Паркер. — Видите, как все мило улаживается… Я сейчас же позвоню в лечебницу. За Диком приедет машина.

То, что за ним приедет машина, Дика обрадовало, но полис портил удовольствие. Неужели мать решила сдать эту красивую бумагу, которую Дик рассматривал всегда с уважением и страхом? Бумага просвечивает сложным узором водяных знаков, и Дику они кажутся похожими на водоросли. Дику кажется, что если внимательно присмотреться, то сквозь них можно увидеть лицо покойного Тома, его старшего брата. Пароход «Мичиган», на котором Том плавал кочегаром, подорвался на случайной мине. Ее несло океанским течением, она оказалась на пути судна, и Том утонул. Он не сумел выбраться из затопленного машинного отделения.

Дик не помнит брата, но мать до сих пор плачет, когда заходит разговор о нем. Соседи рассказывают, что, когда пришло извещение о гибели Тома, она за один день стала седой.

А потом пришло еще одно извещение. Дик его сам недавно перечитывал. В нем говорилось, что кочегар Томас Гордон имел страховой полис, который в связи с его гибелью переходит к родителям. Этот полис можно выкупить сразу и получить за него небольшую сумму, если же его не выкупать, то стоимость страховки с годами возрастет и к старости мистер и миссис Гордон смогут получить за полис две тысячи долларов.

Две тысячи!.. Отец часто говорил: «Сейчас старость меня уже не так пугает. Как-никак, полис — великая вещь!..»

И мать, что бывает редко, соглашается с ним. Она тоже бережет красивую бумагу. Она дышать над нею боится.

А тут вдруг такой разговор: «Мы сдадим полис»… Легко сказать — сдадим…

— Ма-а! — пробубнил Дик сквозь вату и бинты.

— Что, сынок? — встрепенулась мать.