Утрата былого величия с каждым годом все сильнее угнетала Верховного Жреца. Воспоминание о нем пробуждало не гордость, а боль. На его взгляд, даже в древности Крылатый Народ не смог полностью развернуться. "Почему, - ворчал он про себя, - мы так и не обрели полной власти над нашей стихией? И Погоду и Воздух приходилось делить со всякими земными колдунами или с этим патетичным Морским Народом, ни с того ни с сего вообразившим себя "Совестью мира"?! И не то чтобы Черный Коготь забыл, что все стихии, равно как и силы, их контролирующие, взаимосвязаны и одинаково необходимы в устройстве мира просто он был чересчур патриотичен.

В юности Верховный Жрец был большим идеалистом. Неизвестные родители сразу после его рождения отдали сына в сакральный приют при Храме Иинзы - обычная участь нежеланных детей. Но если другие, приняв свою судьбу, становились послушными будущими жрецами, Черный Коготь всегда жаждал большего. Высокородные женщины отвергали его, а других он презирал сам. Худой, длинный, с неприятной внешностью, снедаемый честолюбием, недооцененный наставниками, он сам пробивал себе дорогу к власти и вопреки всему выделился среди учеников, так как слишком хорошо учился, чтобы не быть замеченным.

Конечно, в своем одиночестве Черный Коготь тосковал о семье, которую потерял, и о заботе и теплоте, которых никогда не знал. Не имея никаких сведений о своих родителях, он воображал себя незаконнорожденным отпрыском королевской династии и каждую ночь в своих фантазиях достигал власти над Крылатым Народом и, восстановив его былое величие, завоевывал себе господство в мире, который всегда отвергал его.