
- Зачем вы принесли его? Зачем?
- Это будет испытанием. По ту сторону бездны, в восьми световых годах находится... Клер. И она же сидит внутри вас, ведь вы слышите в голове ее голос. Когда вы перестанете хвататься за куб и закрывать глаза в ожидании голоса, тогда вы станете нашим. Но на это потребуется время. Мьеши исполняют желания независимо от того, будет у вас подруга или нет. Вы хотите одиночества?
Маркель вздрогнул:
- Нет! То есть... пусть останется.
Он посмотрел на девушку. Та поднялась и молча застыла рядом с улыбающимся Каллерти.
- Понимаю. Со мной было точно так же. Возможно, этой ночью вы испытаете нечто вроде отвращения... Вам захочется уйти. Но вы вскоре вернетесь. И поймете, что единственные люди на Афродите - только мы. Истинное могущество человека в его умении приспосабливаться. Звезды изменят его, но силы человека сохранятся и возрастут... Люди Земли заметят это слишком поздно. И тогда, наверно, перестанут сражаться за миры, которые уже будут им принадлежать, но иначе, не так, как они рассчитывали!
Иероним Каллерти вышел из комнаты. А девушка подсела к Маркелю. Он поглядел на хрустальный куб и закрыл глаза, ожидая услышать голос, который так и не зазвучал. Он долго кружил с девушкой среди жарких солнц удовольствия, затем солнца слились в одно, осветили все вокруг - он держал в объятиях Клер. И обладал ею уже не в воображении, получая от нее все, что она могла дать.
Он открыл глаза и увидел то, что было вместе с ними, что усиливало его удовольствие. И девушка эта была не Клер. Как и сказал Каллерти, ему захотелось уйти. Он выбежал в галерею, вдохнул странный (но уже не чуждый) запах и, как и обещал Каллерти, медленно вернулся обратно.
Маркель остановился на пороге. Девушка сидела и молча смотрела на него. Жалость и страх были в ее глазах. То, чужое, не сдвинулось с места. Ги казалось, что оно разделяет чувства девушки. Что оно тоже немного боится, и ощущает жалость, и понимает его, Оно походило на зеленый лист, часть которого обволакивала бедро девушки, а вторая распластавшись лежала там, где прежде был он.
