– Ну, какая из тебя жертва? Нужен стройный красивый юноша, а ты уже давно не юноша, про красоту и упоминать не стоит. Ну, а стройности в тебе… По моему, Рауф изящнее, хотя я его никогда не помню стройным.

Алик беззлобно отругивался – он уже обсох, не обижался на приятелей и предвкушал удовольствие рыбалки.

Рыба не шла. Солнце давно перевалило за зенит, а ни одной рыбёшки не было поймано. Хорошее настроение улетучилось, все угрюмо вперились в поплавки.

– Что такое?! – злился Толик, в очередной раз меняя наживку и место. – В прошлый раз мы с Олегом не успевали вытаскивать… Забастовка у них что-ли?!..

– Пена, пена, эта виновата. Нанесло отходы, вот рыба и ушла. – Алик расстроено покачал головой. – Что я скажу Матанат?

Пообедали, затем ещё час промучились с тем же результатом. Раскисший от солнца и неудачной рыбалки, Рауф предложил:

– Может вернёмся в Баку?

– Нет. Пойдём в другое место, – Толик решительно махнул рукой, приказывая: – Сворачивайте удочки. Там тоже неплохо ловилось. Правда, не так удобно, как здесь, но может, туда этой заразы не занесло.

Толик с отвращением плюнул в грязные хлопья рыже-розовой пены, скопившейся на береговой кромке, и огляделся. Волны продолжали нести к берегу всё новые и новые порции пены. Это было даже красиво: вся бухта в розовых барашках волн.

– Придётся тащиться километра два. По берегу мы пройти не сможем, пойдём верхом. Кстати, мимо Искендер-галасы. Там, дальше неподалёку спуск к морю и несколько скал с которых можно рыбачить.

– А как же вещи, машина? – забеспокоился Рауф.

– Я вернусь. Покажу вам дорогу и вернусь, успокоил Толик. – Местные сюда не заходят, но, конечно, надолго бросать вещи не стоит.

Шли с полчаса. За разговорами дорога прошла незаметно, хотя приятного было мало: они окончательно пропылились, насквозь пропотели, но место того стоило. Это был широкий скальный выступ, спрятанный за мысом, и вокруг чистейшая вода и ни малейшего волнения.