— Слушай… давай посылать не простые письма, а заказные. Мама и папа будут расписываться в книжке у почтальона. Еще больше зауважают!

— Давай заказные.

— Слушай… А если хоть разок ценными послать? Ну, там… оценить на рубль или на пятьдесят копеек! И попросить родителей сходить за ним. Ценные письма только на почте по паспортам выдают. Фамилии у нас с ними одинаковые — им и выдадут. А? Заполнят квитанции, постоят в очереди… И запомнят, как говорится, на всю жизнь!

— Ну, это ты чересчур. Пять минут назад говорили о совести…

— А если авиапочтой?!

— С этажа на этаж по воздуху переправлять? А где совершать посадку? Остановись, Тимка!

Останавливаться Тиме всегда было труднее, чем разбегаться. Все же он подчинился:

— Ладно… Для начала просто опустим в ящик. Сочиним и опустим… Прямо на этой неделе!

Планы свои он осуществлял без промедления.

— Тогда пошли по домам, — согласился Дима. — К тебе как обращаться: «уважаемый» или «дорогой»?

— Пиши: «дорогой и уважаемый».

— Хорошо ты к себе относишься!

— А кто к себе относится плохо?

Дима осуждающе покачал головой:

— Я, например, нахожу в себе недочеты.

— А я в тебе — нет!

Тима действительно любил друга.

2

Казалось, что характеры у Димы и Тимы были совершенно разные и что они, как не раз подчеркивала учительница физики, «притягивались, согласно закону о притяжении разноименных зарядов».

Димин папа решительно выступал против такой точки зрения:

— Кто сказал, что характер и темперамент — это одно и тоже? Темпераменты у вас, к счастью, не похожие, но характеры…

Димины родители были врачами-терапевтами. И считали, что бурное проявление чувств отрицательно влияет на нервы, а что нервы влияют вообще на все. Поэтому они воспитывали сына человеком, «не теряющим равновесия».