Внезапно хлынувшая вода погасила наши факелы. Я замерла на полушаге и замолотила тьму над головой, прикрываясь щитом.

- Назад! К выходу! - вскричала Горго.

И тут сеть упала нам на головы. Паутина, - подумала я, в полном ужасе от собственной беспомощности. Я вцепилась в прочные нити. Чувствуя близость разогретых тел, я ждала, когда паучьи лапы прибьют меня к земле или черные челюсти вцепятся в меня в смертоносном укусе.

Но я не собиралась сдаваться. Я билась изо всех сил и каким-то образом умудрилась выпутаться. Кто-то схватил меня и прижал к полу. Гладкий, но мускулистый, и, хвала Артемиде, с двумя руками, а не восемью лапами. Мы вступили в борьбу, и я оттолкнула его руки от своего горла. Высвободившись, я споткнулась, но тут же поднялась и помчалась наружу. Я сразу потеряла направление. И вскоре вместо выхода, скорее ввалилась, нежели вступила, в огромный чертог, не меньше нашего лагеря, очутившись в лесу гигантских грибов. Их цвет и форма были различимы благодаря свету масляных ламп, которые свисали с земляных стен. Грибы с тонкими ножками и шляпками цвета кораллов, подобные нарядным зонтикам, которыми знатные троянки защищали от солнца нежные лица; грибы, толстые белые ножки которых были столь же широки, сколь и замшелые зеленые шляпки; грибы, растущие гроздьями, подобные желтым осьминогам. Грибы, прямые и стройные, точно египетские обелиски; или - низкие с зубчатыми краями, будто звезды. Некоторые были в человеческий рост, другие скорчились у моих ног, словно толстые бурые улитки. Воздух наполнял мускусный, в целом довольно приятный, запах.

Вокруг медной жаровни сгрудились животные: несколько псов, старых и блохастых, одноглазая медведица и создание, величиной с корову, которое, к моему ужасу, оказалось насекомым: длинное, стройное и зеленое, с усиками и двумя парами крыльев.