— Не завидую, — друг отрицательно качнул головой. — Видал я твою Европу с ее «уровнем жизни»! Два доллара за улыбку, двести долларов за «здрасьте», тысяч десять — за положение в обществе. А вот как без этого проживешь? — он показал взглядом на липовую аллею и Волгу, томно раскачивающую пустые пластиковые бутылки и оберточный мусор возле кромки пляжа.

— Запросто проживу. А если зацеплюсь в университете, видали меня тут!

— Линяешь, значит.

— Да неужели тут надрываться за гроши? И тебе не советую. С твоими мозгами можно ого-го-го какие бабки заколачивать! Кстати, ты сказал, что расковырял файл.

Вчера в горячке своего открытия Алексей наговорил другу много всякой всячины. И, опустив трубку, пожалел. База данных, добытая четыре года назад из неизвестного компьютера при мистических обстоятельствах, Дэна интересовала лишь с точки зрения забавного приключения. А для Алексея ее расшифровка стала буквально смыслом жизни. Поначалу высокие слова прикрывали обычные юношеское любопытство, но позднее студент почувствовал, как ежедневные труды над таинственными записями входят в привычку. База как будто сама выбрала его своим программистом, и тянула, манила, дразнила хитрыми кодами, витиеватой структурой и виртуозными алгоритмами. На курсе Алексей по праву считался уже спецом по кодировкам. К нему обращались за советами, преподаватели старались привлечь к научной работе, пророчили аспирантуру и последующие перспективы. Дифирамбы в свой адрес парень пропускал мимо ушей. База была его личным другом-врагом. Он боролся с ней ночами, не ведая о существовании дискотек, вечеринок и дружеских пикников в обществе веселых девчонок. И вот вчера База уступила. Сдалась!

Денис ожидал ответа.

— Я код подобрал, — неохотно сказал Алексей. — Два поля можно прочитать.

— Лёха! Гад! И ты до сих пор молчишь! Что там такое?

— Фамилии и какие-то адреса. Похоже на телефонный справочник.