Сначала оба идут в молчании, но, пройдя дюжину шагов, юный герольд робко спрашивает:

- Милостивый господин, правда ли, что ты носишь боевую кожу?

- Я ношу боевую кожу, - с мягким смешком отвечает Креслин, - но у нас так одеваются все, и женщины, и мужчины. В таких шелках, как у тебя, мы бы просто замерзли: наше лето холоднее вашей зимы.

- А как же вы выращиваете урожай?

- А мы и не выращиваем. Разводим овец, которые дают нам молоко, мясо и сыр, а все остальное покупаем. В уплату за снедь мы охраняем западные торговые пути от разбойников и...

- И служите наемниками у западных владык? - уточняет юноша. - А что, ваши стражи и впрямь так хороши, как говорит о них тиран?

- Возможно, - отвечает Креслин, спускаясь следом за герольдом по широким каменным ступеням. - Правда, я не слышал, что говорит тиран.

- Она как-то сказала, что против них не устоят даже маги Фэрхэвена.

- Насчет этого не скажу. Маги не любят холодной стали, но считается, что волшебники востока способны расщеплять горы.

- Говорят, с каждым годом их владения придвигаются все ближе.

Креслин пожимает плечами. Владения магов лежат на восточных склонах Рассветных Отрогов - двух горных хребтов, тянущихся к востоку от Крыши Мира. Их дела не кажутся ему такими уж важными.

- Это и есть вход в сад?

- Да, восточный. Есть еще одна дверь, прямо из мужской половины.

- Мужской половины? - Креслин ступает на посыпанную белым гравием дорожку. Ветер уносит маленькое бледное облачко, открывая бело-золотое солнце, и падавшая на сад тень исчезает, а сине-зеленое небо становится ярким, как пламенеющий изумруд.

- Да, в той части дворца, где живут консорты без пары и... другие гости мужского пола.

Креслин поднимает брови.

- Отпрыски ненадежных семей? Заложники?