- И у Олега Сильвестрова все хорошо? - У третьего помощника штурмана? Все в норме. Весел. Кудряв. Быстроглаз. Непредсказуем, как все Водолеи. Чем-то похож на меня в молодости. Он выступал свидетелем на процессе в Сенате. Но от обвинений в мой адрес воздержался, не в пример кое-кому из экипажа... Почему вы интересуетесь Сильвестровым? Знакомый? Она присела на розовую скамейку, закусила губу, выдохнула: - Сын. - И заплакала. Данилевский сел рядом с нею. Несколько раз у него непроизвольно дернулось плечо. После долгого молчания заговорил: - Простите меня, Катерина. Тогда должен объяснить поподробней. Клянусь, у меня не было злого умысла - угонять "Сварог". Это произошло неожиданно для меня самого... Вы, вероятно, кое-что знаете о том новогоднем штурме Ликерии десантом с Земли, когда большая часть нападавших, наводивших так называемый конституционный порядок, была уничтожена - из-за бездарных генералов, из-за предателей в Сенате и в правительстве. Десантники, уцелевшие в том аду, попали в плен, среди них и мой сын, Антон. Я долго его искал, слал запросы во все инстанции. Бесполезно. - Но все же нашли? - участливо спросила она. - В конце концов, отыскал. Помните, в ту пору торговали из-под полы видеокассетами со зверствами ликерийцев над землянами: показательные расстрелы, отрубание рук и голов, сдирание кожи с живых. На одной из таких пленок однажды мелькнуло лицо Антона - так мне показалось. Нет-нет, его не пытали и не расстреливали. Лента называлась "Чаша Возмездия", там мой сын или тот, кто был похож на него, маялся в каком-то странном загоне из стекла. Знаете, Катерина, как я поступил? - Показали пленку в Сенате? - Э-э, там все было продано и предано. Слишком много крыс разжирело в ту пору на военных поставках. Действовать можно было лишь на свой страх и риск. Отрастив усы и бороду, переодевшись ликерийцем и притворившись то ли немым, то ли контуженным, я тайно прилетел на Ликерию. И спустя месяц отыскал-таки сына.