Френсис выбрал настроение вооружения и снял с ветки ручной пулемет. Это было очень опасное настроение, как и все, что начиналось с буквы В.

– Найдем место, где дорога уже всего, – сказал он со сталью в голосе, – найдем и будем форсировать.

Органон начал настраивать прецизионнейший измеритель расстояний.

Измеритель слегка барахлил, поэтому самое узкое место выбиралось неуверенно. Ширина дороги изменялась в пределах от одного до тридцати метров, показатели скакали без всякой системы. Но в самых узких местах стояли, едва помещаясь, противотанковые ежи, обмотанные колючейшей проволокой. На противоположной стороне не торчало ни одной рекламной вывески, зато на своей, родной, их было удвоенное количество, но ни одна не читалась, по причине повернутости изнаночной стороной. И везде столбы с указателями: «Одиночество – туда», но все стрелки указателей врали.

– Пойдем здесь, – сказал Фресис столь металлическим голосом, что едва не захлебнулся – и в этот момент под ним прогремел взрыв. – А черт, ошибся, здесь не пойдем!

Он посмотрел на свою раненую осколком руку и заметил, что между пальцами не было перепонок, как не было их и раньше.

На звук взрыва подкатил было броневик, но был остановлен заграждением из ежей. Тучи к этому моменту опустились еще ниже и пролетали над соснами с ревом, как реактивные истребители. По всему похоже, что дождь войдет вот-вот. Френсис выбрал недалекое настроение, чтобы не чувствовать боли в поврежденной кисти и не так страшно было умирать. К тому же, идти оставалось недалеко. Поглупев, он начал пускать слюни и корчить рожи патрулю. Из броневика пальнули холостыми и попали Френсису в горло. На стальном горле осталась вмятина.

В небе над ними захлопали первые тучи, взявшие звуковой барьер. Броневик поспешно ретировался. Первые колючие занозы вонзились в кожу головы. Выбрав настроение быстрых пяток, они помчались вперед. Занозы лились стеною. Уже не видно ничего вокруг. Последний рывок – и они оказались на той стороне. Вначале они не поняли, что произошло. Громадные горы, объемные, а не нарисованные, поднимались над лесом. Медленные высокие тучи скрывали их вершины. Шел тугой холодный дождь, состоящий из обыкновенной воды. И лишь в двух шагах от них наметались холпы опилок, предназначенных для пронзания кожи. Сосны стали втрое выше и все наполнилось запахами.