Меня зовут Алина Дюпен; с 16 августа мне одиннадцать лет. Эстелле — двенадцать лет. Рике — шесть с половиной. Мы живем на улице Жакмон, дом 13/2 — он выходит окнами прямо во двор угольщика. Папе это очень удобно, потому что он работает у мсье Мартине — столяра: у того своя мастерская на углу нашей улицы, — но нам это неудобно, потому что тротуар такой узенький, что даже в классики не поиграешь.

У меня есть куколка, красный мячик, детский магазинчик; еще у меня есть самокат, но я не очень его люблю, и играет с ним больше Рике. Из книг у меня есть «Без семьи»

В школе я первая по рисованию, но вот с задачками, географией, историей не могу сказать, чтобы у меня все шло распрекрасно, и еще в изложениях — учительница говорит, что я делаю много ошибок по французскому. Да-а… что бы она сказала, если бы увидела этот дневник? Конечно, ошибок тут много, но быть внимательной — так трудно!

Вот и все, пожалуй.

Ну и денек! Я много плакала и платочек у меня весь мокрый. В общем, началось с того, что мне приснился сегодня один красивый-прекрасивый сон. Я хотела рассказать его Эстелле, но она закрыла уши руками, чтобы ничего не слышать; вот всегда так: как ее сны, так я должна слушать, а как мне что-нибудь приснится, так она слушать не желает.

«Ну и ладно, — подумала я — расскажу Рике».

Он-то мой сон хотел послушать, но попросил, чтобы я сначала помыла ему коленки. А они у него были такие грязные!

— Я не виноват, — объяснил он. — Я все время был верблюдом вчера на переменке.

Но пока мы болтали с Рике, я позабыла свой сон. Вот беда!

— Ладно, — сказала я себе. — Зато хоть в школе все будет хорошо.

Но вышло совсем наоборот. Учительница объявила:

— Хочу вам задать один вопрос, который должен вас позабавить: как вы считаете, какое во французском языке самое красивое слово? Ну-ка, пораскиньте мозгами!