— А еще, — добавила она, — Рике нельзя промачивать ноги, а во вторник ты должна поменять у всех белье… и самое главное, Лилиночка,
Но тут рассердилась Эстелла.
— Ты почему говоришь это Алине, а не мне? — крикнула она.
— О, — сказала я, — обычно ты никогда не хочешь ни за что браться, а тут вдруг захотела?
— Но ведь, — сказала она, — это очень занятно всем управлять как большая… И потом как же — старшая ведь я!
— Тебе бы нужно вспоминать об этом почаще, дочка, — сказала ей печально мама. — Но если тебя это так волнует, то не хочу поступать несправедливо: Алина меня заменит в воскресенье и понедельник, а ты — во вторник и среду; я вернусь утром в четверг.
Мы прыгнули ей на шею. Но я кончаю — нужно ложиться, потому что завтра много дел.
21, воскресенье
Столовая убрана, спальни убраны, все умыты, все позавтракали.
Вчера мы с Эстеллой никак не могли заснуть, потому что всё переживали. Мы говорили про маму, а еще придумывали, что бы сделать вкусненького на сладкое, чтобы хоть как-то утешить папу после смерти брата.
— Во вторник я хочу состряпать торт с кремом, — сказала Эстелла.
Но она не умеет ни стряпать торт, ни делать крем, а учиться очень долго. Тогда она решила нажарить блинов — она их обожает, — а я собираюсь напечь яблок. Папа наверняка будет доволен! Он сел перед кастрюлей и с грустью смотрит перед собой. Я подбежала и поцеловала его.
— Что? Что такое? — сказал он. — Чего тебе? И почему ты смеешься? Нашла тоже время смеяться.
— Я не смеюсь: это сюрприз!
И я убежала на кухню, чтобы не проговориться про печеные яблоки!
23, вторник, 5 ч. утра
Я встала потихоньку, потому что уже не хочу спать, и пошла в кухню. Как я устала! Папа очень придирчив и часто нас ругает. Время от времени я пытаюсь его спросить, как мама: