— Прежде всего, балет «Как живая» — это вариант легенды о Пигмалионе, и месье Барлоф объяснил нам, что Галатея — это кукла, которая оживает. А ее создатель (это месье Барлоф) любит ее больше всего на свете, потому что она делает все, что ему захочется. Он учит ее жить, ходить, играть, любить…

Все работницы костюмерной засмеялись. Мадам Бонтан спросила, люблю ли я своего создателя. Что за вопрос!

— О да, да, конечно!

И костюмерши опять засмеялись. Мадам Бонтан еще раз поздравила меня с тем, что я так хорошо выучила урок. Потом Бернадетта, в свою очередь, залезла на табуретку, чтобы и ее обмерили.

— Ну, а ты что делаешь в спектакле? — спросила мою подругу мадам Бонтан.

— Я исполняю роль настоящей маленькой девочки, которая играет в сквере.

После этого нужно было снова бежать в Ротонду, где уже началась репетиция.

Месье Барлоф разучивал па де де* с мадемуазель Лоренц, а кордебалет* застыл в восхищении. Как это прекрасно, когда они танцуют! А мадемуазель Лоренц ведет себя вовсе не как звезда: она слушает мэтра, будто девочка-ученица, и начинает снова и снова. Мэтр очень требователен к себе самому и к другим.

Потом пришла моя очередь репетировать, и теперь смотрели на меня. Как я волновалась! И как гордилась! Месье Барлоф нарисовал на сцене классики, в которые мне нужно было играть. Это было забавно, но очень трудно. Я ужасно старалась и, кажется, мэтр был доволен мной. Мадемуазель Лоренц давала мне советы, например, как следует держать спину, когда делаешь туры. А когда месье Барлоф поднимал меня в поддержке, мне казалось, я лечу в небеса! Я могла бы так репетировать всю жизнь, и я была так счастлива, что не обращала внимания на Жюли Альберти, которая репетировала позади меня.