– Две динамические искры исчезли.

– Вы уверены? – Не дожидаясь ответа, Ид-Ван метнулся к приемникам.

Все оказалось правдой, жестокой правдой. Шесть шаров все еще держали крошечные огоньки. Две – оставались пусты, непричастные к процессу свечения. Пока капитан смотрел, не в силах вынести удара, погас еще один. Затем, один за другим, еще трое.

Начальник разведки вошел со словами:

– В чем дело? Что-то не так?

Медленно, почти задумчиво, Ид-Ван ответил:

– В несколько последних мгновений шесть разведчиков были окружены жизнью. – Он тяжело дышал, похоже, с трудом воспринимая очевидность пустоты шаров. – Эти приборы говорят, что они мертвы, и если это действительно так, – то они не могут сохранять прежнюю форму. Их тела автоматически перейдут в форму отцов. А вам известно, что это значит.

– Полный провал, – произнес командир разведчиков, уставясь на опустевшие шары.

Оба оставшихся огонька погасли.

– Полная боевая готовность! – завопил Ид-Ван. – Задраить люки! Прочистить дюзы! Стартуем! – Он дико оглянулся на По-Дука. – Штурман! Не моститесь здесь, как эбельминт, застрявший в собственной скорлупе. Марш в кресло пилота, идиот, у нас нет времени на философствования!

Что-то пронеслось над их пропащими головами. Что-то тенью скользнуло в ближайшем иллюминаторе. Что-то продолговатое, пропорционально сложенное, но слишком уж проворное для детального осмотра. Оно улетучилось почти так же внезапно, как появилось, оставив после себя заметно отставший шум: какой-то вой с надрывом.

Раздался голос радиста:

– Источник мощного сигнала поблизости. Похоже, это их…

Дюзы корабля глухо кашлянули, зашипели, изрыгнули огонь и надсадно закашлялись вновь. Какое-то дерево занялось пламенем за периметром уже выжженной земли. Дым, поднявшийся от дерева, стал сигналом, различимым за многие мили. Ид-Ван приплясывал от нетерпения. Он ворвался на капитанский мостик.

– Стартуй, окаянный По-Дук, живо!