– Все, что могло быть лучше, могло быть и хуже, – вставил По-Дук, уже совершенно ни к месту.

– Вот еще один мастер молоть языком. – Пуховой покров капитана при этих словах поменял цвет с зеленого на голубой.

Все тут же стали голубыми, и только По-Дук, замешкавшись, оказался крайним. Ид-Ван смотрел на него, быстро трансформируясь в ретикулярного молобатера. Всех троих это так и придавило к полу. Ид-Ван заметно выделялся среди молобатеров и ехидно наблюдал, как старательно расстилаются они – один ниже другого.

– Вот видите, – бросил он, когда наконец новые формы были обретены, – вовсе не так уж и хороши вы.

– Нет, капитан, мы совсем нехороши, – подтвердил Би-Нак, выделяя характерный смрад молобатера.

Ид-Ван окинул его гневным взором, словно собирался отругать за возникшее зловоние, но решил пропустить запах мимо рецепторов и переключил внимание на начальника разведгруппы.

– Вот поселок, – указал он на снимки. – Расположен несколько к северу. Как видите, он соединен длинной, извилистой тропой с узкой дорогой, которая уходит аж за горизонт, где соединяется с более широким трактом. Словом, место превосходно изолировано со всех сторон, поэтому наш выбор пал именно на него.

– Выбор? – переспросил главный разведчик.

– Мы точно рассчитали место посадки, – разъяснил Ид-Ван. – Уединенное место для сбора, наименьшая вероятность рассекречивания.

– Ах да! – догадался начальник разведки, чьей сообразительности несколько мешали формы молобатера. – Сбор экземпляров?

– Пары вполне хватит, – подтвердил Ид-Ван. – Любых первых двух, чтобы не поднимать лишнего шуму.

– Разведка не подкачает!

– Иного ответа и не ожидал. Да и вообще, были бы мы здесь, не сопутствуй нам успех?

– Нет, капитан! То есть да, капитан! Словом, вы правы.