- Как я тебе сегодня? - спросила Лариса. - Нравлюсь?

- Нравишься, - Антон сел рядом с ней на широкий деревянный перилец, поболтал ногами. - Только я, наверное, домой поеду.

- Почему? Предки мои приезжают только завтра, так что всю ночь дача в нашем распоряжении. Посмотри, какая компания собралась, разве тебе не интересно?

- Дела, понимаешь, - сказал Антон неловко. - Проблемы.

- Антоша, какие могут быть дела в такой вечерок? - и она засмеялась, откидывая голову назад.

Грохнется, подумал Антон. Как пить дать - перевернётся через перила и грохнется. Она же пьяная.

- Не называй меня Антошей, я же просил, - сказал он вслух.

Она засмеялась еще громче и еще сильнее откинулась назад. Так, что Антону пришлось придержать её за спину. Девушка, интерпретировав сие действие по-своему, мгновенно придвинулась к нему ближе.

- А хочешь, я тебе новую картину покажу? - зашептала она на ухо Орехову. - Фаза мой на днях приобрел на выставке. Страшно дорогая. Она пока стоит в спальне нераспакованной, потому я и не стала никому говорить о ней.

- Опять абстракционизм этот дурацкий? Извини, но я ничего, видимо, в нём не понимаю. Кубики-рубики...

- Нет-нет. Море. Заходящее солнце, море, скалы и одинокий корабль. Классно!

- Ну покажи.

Она сжала его руку в своей горячей ладони, потащила с веранды. Внимания никто на них не обращал.

Скрипнула чуть слышно дверь, и они очутились внезапно в абсолютной темноте. Пахло здесь старыми вещами и нафталином.

- Где выключатель? - спросил Антон, тараща глаза.

Лариса отозвалась коротким смешком, и вдруг лицо ее оказалось совсем рядом от лица Антона. Юноша почувствовал на своих губах сладкий вкус губной помады. Лариса охватила его голову ладонями и впилась горячим поцелуем. Раскаленное женское тело прижалось к Антону.