— Я видел его за день до того, как он пропал, — некоторое время Скиф шагал молча, будто колебался — стоит говорить мне или нет, — Он упомянул, что мимоходом хочет заглянуть на Кривые Ворота. Что он давно там не был… Знаешь, пусть это окажется всего лишь глупым совпадением, но… Береги голову. Мы уже пришли…

Мы остановились перед прямоугольным отверстием в одной из стен коридора. Эти маленькие, тесные прямоугольные проломы называют шнёрами. На стене над шнёрой, куском графита была уверенно нацарапана жирная черная пятерка, заключенная в треугольник. Шнёра вела на базу Пятый Пикет. Руслан описал её достаточно точно — вполне приличная база, состоящая из двух залов — «кухни» и «спальни».

Протиснувшись в шнёру, Скиф разогнулся. Сняв с плеча ацетиленовую лампу, он пристроил её на ближайшей груде камней у стены. Я протиснулся следом. Здесь можно было выпрямиться, без риска зацепить потолок макушкой.

«Кухню» освещала свеча, укрепленная на ржавой консервной банке, прибитой к стене еще более ржавыми гвоздями. Центр «кухни» занимал сложенный из прямоугольных кусков ракушечника длинный «стол». Вдоль него вытянулись две каменные «скамейки».

Закопченный примус сиротливо прислонился к углу «стола». Рядом валялась охапка каких-то вещей.

На одной из «скамеек», сидя на расстеленном пенополиуретановом коврике (в народе такие именуют «карематами» или «пенкой»), дремал высокий широкоплечий поисковец в потрепанной, вымазанной в желтой пыли, камуфляжной куртке и завязанном по-пиратски черном платке-бандане. Он приоткрыл сонные глаза и посмотрел в нашу сторону.

— О!.. Мышь!?? — сказал Антон, просыпаясь окончательно.

— Летучая, сэр, — церемонно поклонился я.

— Бат!!! Сколько зим, сколько лет?!..

— З-задушишь, — прохрипел я в ответ, так как на большее просто не был способен, поскольку отскочить не успел, — Отпусти, рукопашник несчастный. Как ты тут оказался?