- Не хочу я никого вещать, Бо. Я тебя хочу предупредить. В Весле ходят слухи, что он из воскресителей.

Боманц выронил лозу и со всхлипом вдохнул.

- Действительно? Воскреситель? Наблюдатель смерил его внимательным взглядом.

- Просто слух. Болтают всякое. Я подумал, тебе будет интересно. Мы тут вроде как близкие знакомые.

Боманц принял оливковую ветвь.

- Да как будто. Честно говоря, мне он и намеком не обмолвился. О-ох! Обвинение-то тяжелое. - И обдумать его нужно хорошенько. - Только не говори никому, что я нашел. Этот ворюга Мен-фу...

Бесанд снова хохотнул. Веселье его имело могильный привкус.

- Любишь ты свою работу, да? Изводить людей, которые не осмеливаются дать сдачи?

- Поосторожнее, Бо. А то загребу для допроса.

Бесанд развернулся и пошел прочь. Боманц состроил рожу ему в спину. Конечно, Бесанду нравилась работа - она позволяла ему изображать диктатора. Он мог сделать что угодно и с кем угодно, не неся никакой ответственности.

***

После того как Властелин и его приспешники пали и были погребены в курганах за барьерами, которые возвели величайшие из чудотворцев своего времени, указом Белой Розы на границе могильника поставили Вечную Стражу, неподотчетную никому. В обязанность ей вменялось предотвратить воскрешение не-мертвого зла в курганах. Белая Роза знала людскую натуру. Всегда найдутся те, кто увидит выгоду в служении Властелину или попробует его использовать. Всегда найдутся поклонники зла, стремящиеся освободить своего героя.

Воскресители появились едва ли не раньше, чем проросла трава на курганах.

"Токар - воскреситель? - подумал Боманц. - Словно других забот мне мало. Теперь Бесанд разобьет лагерь у меня на шее".

Боманц не хотел будить древнее зло. Он просто намеревался связаться с одним из лежащих под курганами, чтобы пролить свет на кое-какие из древних тайн.