- Это же созвездие! - вспомнил Вертер. - Его когда-то использовали, не помню для чего. Оно не существует более. В двадцать четвертом веке участвовало в войне созвездий против Земли, очень долгой войне. Выходит, они из того двадцать четвертого столетия. Я попал в точку, сэр? Это типичные воины того периода, а Альфу Центавра населяли птицеподобные создания...

- Стервятники, - подсказал сержант Мартинес. - Так вас правильнее именовать.

- Поверьте, сержант, мы такие же люди, - попыталась вразумить сержанта Миледи Шарлотинка.—Вы—наш отдаленный предок. Разве вы не узнаете своей планеты? Мы можем представить кое-кого из почти что ваших современников. Ли Пао! Где Ли Пао? Он из двадцать седьмого столетия.

Благонравного китайца поблизости не оказалось.

- Если не ошибаюсь, - упрямо сказал Мартинес, - вы пытаетесь доказать, что взрывом, который достал нас за Меркурием, мы были вышвырнуты в будущее. Ну просто смех. Слыхали мы о том, что допрашивать вы мастера, но тут перестарались. Слишком перемудрили. Больше не тратьте время на хитрости. Отправьте нас в лагерь, пристрелите... Что вы делаете с пленными? Мы, разведчики, - люди простые и слишком намаявшиеся, чтобы участвовать в этих глупых играх. И еще, не худо бы вам знать, что разведчики не знают ничего - нас посылают с конкретной целью, мы исполняем. Либо возвращаемся, либо погибаем, либо попадаем в плен, как сейчас. Нам известно то, что мы в плену и ничего больше. Нам нечего вам сообщить.

Увлеченные восхитительной речью, Железная Орхидея и ее друзья по окончании не сразу пришли в себя.

- Что, горек сахарок? - хмыкнул Мартинес. - Да вы, козлики, не поняли меня?

- Не совсем, - признался Епископ Тауэр. - Но все было так интересно... Знаете, мы любовались вами.