- Да как вы можете! - задохнулся Савва Саввич.

Из булочной вышел иностранец. Данилкин бросился к нему, схватил за рукав клетчатого пальто.

- Не совестно вам! Из-за тридцати копеек я потерял полчаса, да еще...

- Вы сумасшедший! - на чистейшем русском языке воскликнул иностранец. - Что вам от меня нужно, я вас впервые вижу!

- Пройдемте, гражданин, - сказал милиционер Данилкину.

На краю тротуара близ булочной сохранилась с дореволюционных времен чугунная тумба. Когда-то извозчики привязывали к ней лошадей. Савва Саввич обхватил одной рукой тумбу, а другой вцепился в иностранца.

- Пойду только вместе с ним!

- Я атташе посольства, - заявил человек в шотландке. - На меня распространяется дипломатический иммунитет. Согласно международному праву дипломата нельзя арестовывать.

Вокруг стали скапливаться люди, выходившие из проходной.

- А может, он и не дипломат вовсе, а шпион!

- Разобраться бы надо, - послышались возгласы.

- Пойдемте и вы, гражданин хороший. Видите, что получается, попросил милиционер. - Я в этом вашем... мунитете не смыслю. В отделении проверят и быстро вас отпустят. Стоит шуметь-то?

- Подчиняюсь насилию, - ледяным тоном проговорил дипломат.

За перегородкой в отделении милиции сидел лейтенант с подвязанной на черной косынке рукой.

- Так что, жулика пымал, товарищ начальник, - вытянувшись в струнку, доложил постовой. - Чемодан свистнул у кого-то и при задержании гражданину подсунуть хотел, да не на того нарвался. А документов при нем, при жулике-то, нету.

- Ваш паспорт, - обратился лейтенант к иностранцу. - О, дипломат... союзник... А чего вы со вторым фронтом тянете?

- Я могу быть свободен?

- Товарищ лейтенант, - взмолился Данилкин, - уверяю вас, чемодан его. Может, он действительно дипломат, но скорее всего, документы поддельные. Что понадобилось ему ночью на Бульварном кольце? Смотрите, не упустите диверсанта!