– Сейчас она, разумеется, закрыта, – добавил мистер Дейвз.

Я высунулась из окна, чтобы лучше разглядеть школьный двор с небольшим стадионом. Но Джоша там не было. Там вообще никого не было. Совершенно пустой двор.

– Разве Джош мог так далеко уйти? – Голос у мамы звенел от напряжения.

– Джош не ходит. – Папа обреченно закатил глаза. – Он носится, как угорелый.

– Мы найдем его, – убежденно проговорил мистер Дейвз, барабаня пальцами по рулю.

Мы опять свернули за угол и въехали в очередной сумрачный квартал. На табличке углового дома было написано: «Кладбищенский проезд». И действительно, в конце улицы виднелось кладбище. Его было хорошо видно, потому что оно располагалось на невысоком холме. Ряды гранитных надгробий поднимались до самого верха. За первым холмом был второй, чуть повыше. За ним протянулась обширная плоская равнина, также с рядами надгробных плит и памятников.

Деревьев на кладбище было мало. Кое-где лишь виднелись заросли низких кустов. Мы снова свернули, и теперь кладбище оказалось слева от нас. И я поняла, что здесь самое светлое и солнечное место во всем городке.

– Вот ваш сын! – Мистер Дейвз резко затормозил и указал пальцем в сторону кладбища.

– Слава Богу, – с облегчением вздохнула мама и перегнулась через меня, чтобы посмотреть в окно с моей стороны.

Да, это был Джош. Он несся, как угорелый, вдоль ряда низких надгробий из белого мрамора.

– Что он здесь-то делает? – Я открыла дверцу и выскочила из машины.

Ограды у кладбища не было. От дороги его отделяла только широкая полоса газона. Я остановилась на ней и позвала Джоша. Сначала он вообще никак не отреагировал на мой зов. То ли внимания не обратил, то ли в самом деле не слышал. Вел он себя как-то странно: прятался за надгробиями, перебегал от одного камня к другому и время от времени замирал на месте. То несся в одном направлении, то – в другом.