Я бережно принял из его рук одежду, ладонью погладил дорогой плотный материал благородного стального цвета, полюбовался кинжалом и сказал растроганно.

— Спасибо, Хозяин. А для себя вы что принесли?

Он усмехнулся как-то странно, в третий раз полез в свой мешок с подарками и вытащил… великолепное глубокое седло, окованное серебром.

— Это что?

— Седло, не видишь, что ли.

— А… понятно, — сказал я, повторяя интонации ангелочка.

— Ничего тебе не понятно. — Ответил Буллфер, извлекая вслед за седлом такую же богато отделанную уздечку. — Давай, иди, переодевайся.

Озадаченный, я направился к пещере и тут же мне навстречу выскочил счастливый, измененный Энджи. Как я и думал, в своем новом образе он сохранил все ангельские черты, только крылья пропали, да лицо стало совсем как у обычного четырнадцатилетнего мальчишки, курносого, без всякого потустороннего сверхъестественного сияния в глазах. Он одел свой зеленый костюмчик и нацепил беретку с пером.

— Гэл, смотрите! Ну, как?!

— Обалдеть! — сказал я честно. — Ни за что бы не догадался, кто ты на самом деле.

Он покраснел от удовольствия и побежал хвастаться перед Буллфером.

Я тоже немного поколдовал над своим внешним видом, приняв облик мужчины средних лет, благородной, суровой наружности, с сединой в волосах и шрамом на щеке. Ежась от прикосновения железа к тонкой безволосой коже, натянул кольчугу, поверх нее серую куртку, штаны, сапоги, туго затянул пояс, навесив на него кинжал, немного походил, привыкая к новому образу и степенной, неспешной походкой вышел из пещеры. Увидев меня, ангелок удивленно распахнул глаза, а Буллфер довольно кивнул.

— Отлично! Именно то, что я хотел. Мужественный воин и его молодой благородный господин. Энджи, — обратился он к ангелочку, — ты умеешь общаться мысленно?

— Да. — Ответил он. — Только сейчас не знаю, насколько хорошо.

— Главное, чтобы ты мог понять хотя бы в общих чертах, чего я хочу.