На следующий день он заказал новую вывеску: "КОРОВЬИ ЛЕПЕШКИ". * * *
Осенним полднем, двумя годами позже, Льюэллин Кроуфорд швырнул на стул шляпу и тяжело вздохнул. Он печально посмотрел сквозь очки на большой круглый предмет, изящно разрисованный концентрическими кругами синего, оранжевого и желтого цветов, висевший над камином. Неопытному глазу могло показаться, что это подлинная лепеха класса "Трофей", музейная редкость, расписанная на планете Герк, но на самом деле, подобно большинству людей, увлекающихся искусством, миссис Кроуфорд расписала и повесила ее сама.
- Что произошло, Лью? - тревожно спросила она. С новой прической, в платье из Нью-Йорка, она все равно выглядела взвинченной и обеспокоенной.
- Произошло! - рявкнул Льюэллин. - Этот старый дурак Томас совсем спятил. Четыреста долларов за голову! Теперь уже и корову за нормальную цену не купишь!
- Но, Лью, у нас уже семь стад, и разве мы...
- А нужно больше, чтобы удовлетворить спрос. Марта! - сказал. Льюэллин. Боже мой, я думал, ты понимаешь! Королевская лепешка приносит нам пятнадцать долларов, и этого недостаточно, чтобы покрыть расходы! А вот императорская, когда везет, дает сразу пятнадцать сотен!
- Смешно, что мы никогда не знали, что есть так много видов лепешек, мечтательно произнесла Марта. - "Император" - это такая, с двойным завитком?
Льюэллин пробурчал что-то, раскрывая журнал. Он держал текущий выпуск "Американского Лепешечника" и переворачивал лоснящиеся страницы. "Лепешкография, - читал он вслух. - Как Сберечь Ваши Лепешки. Молочные Продукты - Выгодное Дополнение".
- Ерунда. А, вот оно. "Скандал с Фальшивыми Лепешками". Представляешь, парень из Амарилло достал "Императора" и сделал по ней гипсовую форму. Потом подставил эту форму пару раз, и, говорят, получалось такое совершенство, что не отличишь.