- Подвинься, не могу же я спать на воздухе!

Из всех рефлексов, которыми человек обзавелся за длительный путь эволюции, супружеский самый стойкий, и, пробурчав обычное замечание о том, что, к сожалению, промышленность еще не освоила выпуск трехспальных кроватей, Нонна подвинулась к стенке.

Неизвестно, как бы прошла эта ночь, если б часов около трех Лёкочка не почувствовал нестерпимую жажду.

Направляясь на кухню, он опрокинул стоявший у кровати торшер, произведя при этом шум, соизмеримый только с грохотом падения Вавилонской башни.

Нонна зажгла свет над кроватью и с изумлением уставилась на мужа.

- Лёкочка, ты?!

По выражению Лёкочкиного лица можно было предположить, что вместо горячо любимой супруги он увидел на семейном ложе легендарную Медузу.

- Нонна?!!

- Почему ты здесь? - спросила Нонна, накидывая на плечи халатик Что-нибудь случилось?

- Не знаю... - его вид выражал полную растерянность - Честное слово, не знаю...

- Ты не был в Тбилиси?! - У нее мелькнула страшная догадка - Скажи мне правду, не был?!

- Был. - Лёкочка сел на кровать и обхватил голову руками. - Я... и теперь... в общем... в Тбилиси...

- Что?!

С одной стороны, ароматы грузинской кухни, которыми благоухал Лёкочка, исключали всякие подозрения, но с другой...

- Как в Тбилиси?! Ты понимаешь, что говоришь?! Лёкочка!

- Не понимаю. - Он потер лоб ладонью. - Не понимаю, Нонна, хотя кое о чем догадываюсь. Впрочем... право, не знаю, можно ли об этом говорить, ведь я...

Черт побери! Тут уже пахло тайной...

Мне не хочется разглашать методы, которыми пользуется в таких случаях лучшая половина человечества.

- Только без трёпа, - сказал Лёкочка, - клянешься?

- Клянусь! - Розовые лучи восхода уже зажгли волшебным пламенем ореол белокурых волос на подушке. - Клянусь, Лёкочка, ты же меня знаешь!