И тем более чуждым казался большой деревянный сруб на площади, неподалёку от вокзала. Там жили оккупанты; после войны варвары назначили своих управляющих в каждый населёный пункт эльфов. Даже в такое захолустье, как Нейклот.

-Эдай, послушай... - мы остановились неподалёку от первых деревьев. Тебя, несомненно, учили скрывать свой дар?

Мальчик спрыгнул на землю и серьёзно кивнул.

-Учили, Кайт.

-Так вот... - я посмотрел в сиреневые глаза эльфёнка. - Думаю, не стоит никому рассказывать про светящуюся пирамиду и магов. Мало ли, кто может услышать, согласен? - я кивнул на сруб.

Эдай опустил голову.

-Я и тебе не должен был рассказывать. Просто растерялся.

Улыбнувшись, я хотел по привычке потрепать его крылом, и мы с мальчиком одновременно вздрогнули, ощутив одну боль на двоих. Стиснув клюв, я положил руку на плечо Эдая.

-Я никому не скажу.

-Я тоже, - серьёзно отозвался юный эльф.

-Тогда беги, - я отступил назад. - Кажется, у колокольни привязан твой конь.

-Зим?! - просияв, Эдай бросился к перрону.

Я проводил его долгим взглядом. Эльфы вокруг суетились, готовясь к отражению пожара, на меня никто не обращал внимания. Самое время тихо подойти к поезду, показать кондуктору свиток и пуститься в долгий путь через всю Элиранию...

Повернувшись, я быстрой рысью двинулся вдоль рельсов обратно, к месту, где мы с Эдаем едва спаслись от огня. Там лес должен был уже прогореть, и я смогу подобраться к руинам храма.

Не зря мне сегодня вспомнилась старая клятва.

6

Путь длился долго. Всю ночь и большую часть дня отряд мчался на север, лишь дважды задержавшись у родников, дать передышку коням. В пути почти не разговаривали: присутствие эльфа сковывало людей, Аэт не раз ловил на себе тяжёлые, недобрые взгляды. Молодой Гуркан хранил гробовое молчание.