— Ага, не нравится! — с издевкой прогнусавив Грегори Сотт. — А думаешь, нам нравится? Явились незваными, зацапали не спросись. Дружба, Мир… И это, по-вашему, контакт?.. О, черт!
Плоская резаная рана запульсировала кровью. Густой, алой. Почти как у земных существ.
— Перестань, Грег! — вскрикнула Ляна.
Вот тебе и «мышка бежала»! Это ж, выходит, мы внутри живого существа?
Выходит, кому-то на корм заготовлены? Ну, спасибо. Дожили!
Грег ужал и уплотнил защиту — все ж таки кто знает, что за «желудочный сок» у этого безумца? Вдруг и силовое поле растворит?
Всерьез в новую версию Сотт пока не верил. Еще храбрился, зубоскалил, прикидывал, как они похихикают друг над дружкой в салоне флая. Однако приличного объяснения тому, что случилось, не находил. Живое…
Растущее… А главное — на кой ляд?
Увы, вопросов было в несколько раз больше, чем ответов.
5
Кто с детства не мечтает о приключениях? Об островах сокровищ. О подвигах трех мушкетеров. Об освоении планет и мужественной разведке в стане врагов человечества. О спасении верных друзей. Будущий зодчий (по первой специальности) Айт Лунгу не был исключением. Он тоже играл в пиратов, грезил кладами, сочинял бесконечные головокружительные истории. И все же никогда не помышлял о том, чтобы его «мечты» исполнились. Да ещё так нелепо, скопом, как раз в ту минуту, когда меньше всего этого хочешь.
Неподвижное «висение» внутри противоперегрузочного кокона (только нос наружу!) изматывало не меньше неизвестности. Ослабление перегрузки Айт воспринял с облегчением. Еще большее облегчение испытал, когда ускорение начало падать, путы ослабли, тело получило частичную свободу — ну как, скажем, в скафандре под водой: двинешь рукой — и чувствуешь сопротивление среды, движение растягивается на секунды… Рума воспользовалась передышкой, уползла с головой в кокон, шумно чесалась и искала несуществующих блох. Она была собакой тренированной и помнила: на участке торможения её снова скует приспособленное под её рост кресло.