- Рекламные объявления?

- Нет. Просто... всякое...

Прокурор подождал, давая миссис Дулут время оправиться.

- А потом в довершение всего он ушел из агентства. Сто тысяч долларов в год - а ведь он был еще совсем молод. И знаете, что он задумал? Уехать в деревню и... и жить на деньги, которые он скопил. Все это время он тайком копил деньги, пока мы... пока мы сидели дома и... и буквально умирали с голоду. Вот почему мне пришлось с ним развестись.

- Не казалось ли вам в то время, миссис Дулут, что ваш муж был, как говорится, "нищ духом"?

- Что он был тронутым? Еще бы! А ведь он из такой солидной, состоятельной семьи! Двести тысяч долларов в год. Государственная служба. Его бедные родители до сих пор не могут понять, в чем была их ошибка. Это такая трагедия, что плакать хочется.

В подтверждение ее последних слов на щеку Мод выползла слеза и шлепнулась на широкий уступ ее корсажа.

- Благодарю вас, миссис Дулут.

Следующая свидетельница говорила настолько сбивчиво и невнятно, что секретарь сумел зафиксировать лишь общий смысл ее показаний. Мисс Навзикая Гочкис была преподавателем английского языка и заслуженным профессором Квебекского государственного колледжа, где пятнадцать лет назад обвиняемый получил свою степень бакалавра. Мисс Гочкис показала, что обвиняемый умел читать не шевеля губами, писать не только печатными буквами и декламировать наизусть длинные стихи; кроме того, на занятиях он имел обыкновение спорить с преподавателями, а во время товарищеских спевок не открывал рта. Адвокат выразил протест, указав, что его подзащитный обвиняется не в превышении грамотности, а потому показания мисс Гочкис не имеют отношения к настоящему делу и только внушают присяжным предубеждение против его подзащитного.