Он ожидал, что подросток непременно попросит перевести последнюю фразу на человеческий язык, но ошибся.

— Такого уговора не было, — сказал юнец. — Вы можете погулять по территории Фермы. Только не очень приставайте с вопросами. Если хотите, можете приставать ко мне. Меня зовут Грегор, нынче я сменный администратор самый свободный человек на острове.

— Константин, — назвался Кратов. — Как погляжу, у вас тут не любят вопросов.

— Любят, — сказал Грегор. — Но предпочитают задавать их сами.

— Ты выглядишь не очень счастливым.

— А вам, господин Константин, понравится приглядывать за толпой сорванцов, которые никого не хотят слушать?

— Мне приходилось приглядывать за толпами самых разнообразных сорванцов. Правда, это были сорванцы с высоким сознанием социальной ответственности. Но хлопот от этого не убавлялось.

— Некоторые забывают умываться, — ворчал Грегор. — Кое-кому приходится дать по шее, чтобы доел завтрак. Не всем нравится, как готовит Мерседес, но никто не хочет занять ее место… Здесь каждая царапина может нагноиться, если ее сразу не залечить.

— Полагаю, медик у вас — взрослый?

— Медик у нас — я, — мрачно пояснил Грегор. — Натурально, если речь идет о царапинах. Или об эти девчоночьих штучках…

— О каких штучках? — не понял Кратов. Грегор посмотрел на него, как на идиота.

— Начиная с определенного возраста, у девчонок случаются такие девчоночьи штучки, — сказал он. — Это ни для кого не сюрприз… кроме вас…

— Я же не девчонка! — смущенно хмыкнул Кратов.

— …и они обычно уже знают, как себя обихаживать. Но некоторые по первости пугаются, нервничают и ведут себя, как набитые дуры. Например, просятся к мамочке. Их нужно успокоить. И я их успокаиваю. И уж скорее бы все это кончилось.

— Наверное, тебе не обязательно быть медиком, — осторожно заметил Кратов.