— Вы снова неправы, — возразил я. — В философии бесконечность является символом понятий «всегда» и «везде», а это вполне конкретные понятия.

На этом наш спор, очевидно, закончился. Я себя чувствовал очень неуютно в большом зале, заставленном странными аппаратами, назначение которых не понимал.

— Я думаю, что Вы меня пригласили не для того, чтобы поговорить о вещах, в которых я никогда не был достаточно компетентен? — спросил я.

— Конечно, нет! — засмеялся Кибернетик. — Хотя наш разговор и имеет некоторое отношение к тому, что Вам придется узнать. Я Вас пригласил, чтобы сделать свидетелем самого замечательного события, которое когда-либо совершалось в науке. Сегодня Большой Мозг закончит свою работу.

— Большой Мозг? — спросил я. — Я никогда о нем не слышал. Что это такое?

— Он перед Вами, — сказал Кибернетик, показав на огромное сооружение в центре зала. — Это самая крупная кибернетическая машина из всех построенных до сего времени и самая совершенная, можете в этом не сомневаться. Она обладает практически неограниченной памятью на элементах, использующих свойства сверхпроводимости при температурах, близких к абсолютному нулю. Десять миллиардов микроскопических молекулярных генераторов образуют невиданную до сих пор логическую, самоорганизующуюся структуру. Большой Мозг способен производить логические операции со скоростью пяти миллионов в секунду. И все же на выполнение поставленной перед ним задачи он должен был потратить около семи лет.

— Что же это за задача? — спросил я.

— Он должен был совершить то, на что не были способны десятки поколений самых талантливых ученых: вобрать в себя всю сумму знаний, накопленных человечеством за все время его существования, отсортировать ложные понятия от истинных и создать некую общую науку, объединяющую все отрасли человеческого знания, подлинную философию будущего.