- Список претенденток еще не сообщили. - Ну, это... - Фотожурнал "Конкурс красоты"? - Фильм для развлечений. - Ничего подобного фильмотека фирмы не содержит. - Я хочу посмотреть на себя и на нее глазами, это, зрителя. - Запретных съемок не вел. - Ты, это, хитер, но и я не из простачков. Не придуривайся. Заполним пустоту, это, перед конкурсом. - Господин Президент, я честен. Ваши сокровенные отношения... - Да все мы иезуиты. Давай неси, это... Не бойся. Видеофильм у Канцеляриста был, но он не собирался его нести. Он знал психологию воротил, поэтому не сомневался, что Президент люто покарает его за нарушение запрета. В стенах, за пластинами из кварца, внезапно включились сигнальные мигалки. Они излучали красный свет опасности. Президент, сразу погрозневший, махнул от себя короткопалой рукой: дескать, выметайся мгновенно. Вместо того чтобы выскочить из апартамента, Канцелярист упал на индийский палас, которым был покрыт пол. Излучатели погасли. Под звон хрустальной люстры апартамент, как лифтовая кабина, стал плавно падать в противоатомный бункер. Когда здание директората тяжко вздыбилось в небо, а после расплылось по земле покореженными панелями, апартамент уж находился глубоко под землей. Люстра ни одной своей подвеской не отозвалась на поверхностный взрыв. Все пятеро бросились к месту падения бочки. Впереди, по аллее, мчался Начальник Охраны. На сапогах, в голенищах, были у него разрезы: еле влазили в них его шарообразные икры. От ретивости Начальника Охраны мышцы икр так мощно напрягались, что голенища рвались с молниевым треском. Он оглянулся на Химика, который машисто следовал за ним, и прокричал, что по такому случаю фирма должна сшить ему хромовые сапоги на заказ и за собственный счет. Напуганный и раздосадованный вероломным взрывом бочки, Химик упрямо гаркнул: - Не выгорит! Начальника Охраны взбесила злая скупость Химика, но, чтобы показать, что он выше корысти и что никакая несправедливость не восстановит его против любимой фирмы, выдохнул печально: - Эх, ты, технократ.