Все вытаращили глаза. "Пожалуй, если бы мы с бароном Поллом превратились в парочку жаб или в птичек и запорхали по комнате, ловя мух, вряд ли нам удалось бы удивить публику больше",- подумал Роланд.

Не до конца оправившись от потрясения, молодой рыцарь воскликнул:

- Вам же нельзя подходить друг к другу ближе чем на пятьдесят лиг... это приказ самого короля!

- Верно, но этой ночью счастливый случай загнал нас с Боринсоном в одну койку,- довольно ответил барон Полл. - И должен признаться, более приятного соседа в постели у меня давно не было.

- У меня тоже,- добавил Роланд.- Мало кто может так согреть задницу, как барон Полл. Вот кто здоров, как конь, горяч, как кузнечный горн. Жара в нем хватило бы обогреть целый город. На пятках хоть рыбу жарь, а на спине обжигай кирпичи.

Все смотрели на них так, словно оба спятили, но Роланд и барон Полл быстро сменили тему и громко, беспечно заговорили про погоду, про недавние дожди и обострение подагры у баронской тещи, про разные способы приготовления оленины и тому подобную чушь.

Их слушали настороженно, ожидая, что спектакль вот-вот закончится, и два славных воина схватятся за ножи.

Наконец Боринсон хлопнул барона Полла по спине и вышел на улицу на утренний воздух. Деревня Стожки вполне соответствовала своему названию. Кругом стояли стога сена, цвел гибискус. Поля вдоль дороги были буро-желтыми. Деревьев здесь почти не было, и насколько видел глаз простиралась ровная, покрытая выгоревшей пожухшей травой равнина.

Свиньи благоразумно разбежались. В грязи возле самых ног Роланда рылась парочка рыжих кур. Роланд стоял и ждал, когда мальчик приведет из конюшни его лошадь.

Он смотрел в затянутое дымкой небо. Воздух был влажным от утреннего тумана. По ветру, словно хлопья теплого снега, летал донесенный ветром вулканический пепел.