И он поспешил к себе домой. По пути Пух не мог думать ни о чем другом, кроме как о бубнилке, которой хотел порадовать Иа, поэтому несказанно удивился, когда вдруг увидел Хрюку, рассевшегося в его любимом кресле. Остановился на пороге и начал чесать в затылке, гадая, а в чей же дом он пришел.

- Привет, Хрюка, - поздоровался Пух. - Я думал, ты гуляешь.

- Нет, - возразил Хрюка, - это ты гулял, Пух.

- Похоже на то, - кивнул Пух. - Я знал, что один из нас гуляет.

Он посмотрел на часы, которые показывали без пяти одиннадцать - с тех самых пор, как остановились несколько недель тому назад.

- Надо же, почти одиннадцать, - радостно воскликнул Пух. - Самое время чего-нибудь перехватить, - и он полез в буфет. - А потом, Хрюка, мы пойдем с тобой погулять и споем мою песенку Иа.

- Какую песенку, Пух?

- Ту самую, что мы собираемся спеть Иа, - объяснил Пух.

Часы все показывали без пяти одиннадцать, когда полчаса спустя Пух и Хрюка отправились в путь. Ветер стих, и снежинки, которым надоело гоняться друг за другом, медленно планировали вниз, пока не находили место для посадки. Иногда они садились на нос Пуха, иногда - нет, и вскоре на шее маленького Хрюки появился белый шарфик, а еще больше снега скопилось у него за ушами.

- Пух, - вкрадчиво начал он, потому что не хотел, чтоб Пух подумал, будто бы он сдается, - мне тут в голову пришла одна мысль. Почему бы нам не пойти сейчас домой и не порепетировать твою песенку? А Иа мы сможет спеть ее завтра... или в какой-то другой день, когда встретим его.

- Это очень хорошая идея, Хрюка, - кивнул Пух. - Мы начнем репетировать прямо сейчас, на ходу. Дома репетировать проку нет, потому что это Особая Песенка Для Прогулок, которую нужно петь под снегом.

- Ты уверен? - недоверчиво спросил Хрюка.

- Ты сам поймешь, когда услышишь песенку. Потому что начинается она с таких слов: "Чем дольше снег идет, трам-пам..."