- Обещал жениться на его дочери, - ответил я трагическим голосом. Дочка Гаранова развелась уже дважды, и оба бывших ее мужа успели так попортить ему жизнь, что он заранее возненавидел третьего, который придет им на смену.

- Ха-ха-ха! - засмеялся Анно. - Ну, теперь видно, что ты пришел в себя. Так как - вылетаешь назад?

- Нет. В конце недели, как и планировал.

- Ну что ж, может ты и прав, - голос Анно сразу посерьезнел.

- А что больше хвалили? "Мадонну", "Окно" или "Острова"?

- Старик, это все здорово это тоже хвалили. Но попутно. Главное, что там было - это твой "Дьявол". Как ты только добился этого, старик? И, самое главное - почему никто не заметил этого раньше?

- Стой-стой, да этого же не может быть. Какой "Дьявол"? Тот эскиз, что я написал в ноябре?

- Да.

- Так я же его даже не собирался выставлять. Это же так, мелочь.

- Старик, не скромничай. Твой "Дьявол" просто великолепен. Народ стоял перед ним такой плотной толпой, что с места было не сдвинуть. Я удивляюсь - где были мои глаза раньше? Как я мог этого не заметить? Видно, совсем замотался тут с подготовкой. Ты там на курорте мучился от безделья, а я всю неделю перед открытием бегал, высунув язык, даже передохнуть некогда было. Я ведь еще сегодня утром прошелся по залу, в угол, где "Дьявол" этот висит, тоже заглянул - ничего особенного не заметил. А вечером, когда народ разошелся, я туда подошел и битых полчаса простоял перед ним. Это я-то! Я! Ты же меня знаешь, я же черствый сухарь, которого мало что в искусстве способно тронуть - твои слова, между прочим - я проторчал перед "Дьяволом" битых полчаса!

- Но этого же не может быть, - повторил я растерянно. - Этого же просто не может быть. Это же не картина - так, баловство. Я же его намалевал за один день. Взял первое, что пришло в голову. От скуки.