Блейд подавил усмешку, довольный своей маленькой победой. Его светлость, с тревогой уставившись на разведчика, нервно приплясывал перед кабиной, стараясь не задеть проводов.

– Ну? – жестко спросил Блейд.

– Я все объясню, – Лейтон воздел руки к потолку. – Только, пожалуйста, сядьте… и слушайте внимательно.

Он обвел рукой пространство, заполненное серыми шкафами; металлическая плоть огромного компьютера нависала над ним подобно молчаливому разумному чудищу, вперившему сотню глазогоньков в спину своему создателю.

– Это лучший компьютер в мире, мистер Блейд, и на его создание ушла почти вся моя жизнь. Последний год я занимался его программированием, и сейчас он загружен огромным количеством информации, настолько специализированной и сложной, что вам, не имеющему профессиональной подготовки в данной сфере, не стоит требовать от меня подробностей. Эта машина, мистер Блейд, способна решать такие проблемы, которые недоступны даже моему пониманию! Но для успешной работы ей нужно кое-что еще, кроме печатных схем и электроэнергии… точнее, кое-кто.

Теперь Блейд начал понимать. Словно век назад он читал эту проклятую заметку в «Тайме»… и там говорилось… да, там говорилось о возможности прямого взаимодействия между компьютером и человеческим разумом!

Он высказал свою догадку вслух. Лейтон как будто не удивился; скорее он выглядел довольным. Потирая сухие ладони, старик кивнул головой:

– Великолепно, мистер Блейд! Дело обстоит именно так! Я вижу, вы интересуетесь прессой… Боюсь только, что дата в той статье не совсем верна. Я назвал журналисту девяностые годы как самый ранний срок решения подобной задачи. Это чистая дезинформация, мой дорогой, но, уверен, вы меня поймете. В области машинного интеллекта работают и другие специалисты; чем больше они нас недооценивают, тем лучше.