Работа была тяжелая. Пот катился с них градом, но они торопились, опасаясь, что кто-нибудь помешает им спасти слонёнка.

— Могут прийти люди, которые сделали западню, может прийти дикий зверь, — говорил Пётрусь. — А слонёнку не терпится…

Слонёнок переступал с ноги на ногу, топал, и хотя он был маленький, под его ногами гудела земля.

Вдруг Тимонек соскочил в яму, стал против слонёнка и тогда тот перестал топтаться и протянул тигрёнку хобот.

— Разговаривают… — сказала Кася. — Наверно, они понимают друг друга.

— Ну, пора ему выбираться, — и Пётрусь оглядел край ямы, ставший теперь покатым. Ребята сбежали вниз, в яму. Слонёнок издал короткий рык, похожий на храп.

— Радуешься, — и Кася потрепала его уши. — Пойдём, мы тебя освободили, Бамбино.

Ребята вывели слонёнка из ямы. Они вели его по тропинке, а Тимонек шёл впереди как проводник. Пётрусь нарвал по дороге апельсинов.

— Это для нас и для него. Очень хочется пить.

Когда они вернулись, лёгкий ветерок покачивал кусты в саду и освежал лицо. Слонёнок бежал по саду и топал так, что всё гудело вокруг. Потом он радостно затрубил. Его большие уши развевались, как листья. На повороте они потеряли слонёнка из глаз, а когда вышли из-за кустов сирени, он уже исчез, и ребята увидели только хвост Тимонека, который прыгнул через окно в комнату.

— Тётя будет рада, что слонёнок нашелся, — сказал Пётрусь.

Но тётя поехала в город, и только вечером они ей всё рассказали. Тётя внимательно осмотрела слонёнка.

— Где это вы его отыскали? — Тётя не верила глазам. — Колдовство какое-то, что ли…

— Ах, тётя, если б ты знала, как он радовался, когда мы освободили его из западни.

— Из западни? Из какой это западни? Он что, попал в мышеловку? — не переставая удивляться, спросила тётя.

— Нет, но это было в Африке, и мы ужасно устали.