- Карр! Карр! - закричала, свесив голову, ворона. - Харроший старрикан! Харроший!..

- Заморожу! - крикнул Морозко замахиваясь.

И ворона с испуганным карканьем улетела.

А в конце дорожки, меж высоких снежных елей, показался бревенчатый приземистый дом.

Вот санки остановились у крыльца, и большой бурый медведь показался на пороге.

- Добро пожаловать, гости! - сказал он грубым голосом.

А из-за медведя осторожно выглядывала остренькая рыжая мордочка.

- Здравствуйте, миленькая девочка! - сказала лисичка. - Входите, входите, пожалуйста. Ой, мои бедненькие, как вы озябли! А у нас тепло-тепло. Входите, мои золотые!

Санки оставили у крыльца, и Морозко, Сережа и Таня вошли в медвежий дом.

А у медведя в доме и правда было очень тепло. В большой печке потрескивали дрова, и отсветы огня плясали на темных бревенчатых стенах. А по стенам был развешан всякий нужный в хозяйстве бобыля инструмент: пила-одноручка, топор, рубанок. Сережа сразу заметил их и с интересом смотрел на медведя. На нем большой рабочий фартук. Что же он мастерит?

А Михайло Иваныч как только впустил гостей, так сейчас же ушел в угол и принялся за работу. Он подчищал рубанком длинные белые палки с загнутыми концами. От палок хорошо пахло свежим деревом.

- Лыжи! - сказал Сережа. - Вот здорово! Михайло Иваныч лыжи делает!

Сережа с уважением смотрел на медведя и так и не отходил от него. И Таня примостилась тут же на лавочке.

- Михайло Иваныч, а вы только лыжи делаете? - спросил Сережа.

Медведь помолчал, подумал.

- А что ж еще?

- А можно такие большие лыжи сделать, с санками, чтобы впереди лыжник, а сзади, в санях, пассажир?

- Это какой же, например, пассажир?

- Да вот она, например. - И Сережа показал на сестру.

- Такие санки с умом надо делать, - сказал медведь подумав, - а то тяжелы будут, не свезешь. А сам не пробовал сделать?