– Знаю, – послушно отозвался я и добавил зачем-то: – Мне как раз завтра тоже оформят допуск. Даже не нулевой, отрицательный.

– Ну… – Оно снова взялось за бутылку. – Тогда действительно сочувствую.

Янтарного цвета жидкость заплескалась в бокалах. Немного, на два пальца. Выпили молча, словно и вправду за упокой.

– Вот, – оно убрало в карман ручку и достало вместо нее широкий кожаный бумажник, тонкие пальцы нырнули в отделение. – Посмотри.

Маленький полароидный снимок, примерно пять на шесть сантиметров. Из-за овального отступа в нижней части снимка запечатленное на нем лицо улыбающейся блондинки кажется святым ликом, вписанным в образок.

– Криста. Мы, кстати, на конвенте познакомились, в Риге. А вот еще, – оно протянуло новый снимок, побольше. – Это мы на Мальдивах. Меня не ищи, я с фотоаппаратом.

Вид выходящей из моря белокурой нимфы, что и говорить, впечатлял, но все же гораздо сильнее меня привлекло другое.

– Кто это? – спросил я как загипнотизированный, прикасаясь к фотографии пальцами, тщетно пытаясь нащупать неосязаемое.

– Это? – Оно наклонилось ко мне через стол. – Это Андрюшка. А слева – Дана. Имя Криста выбирала, я не вмешивался. Даньке скоро исполнится два.

– А у нас со Светиком нет детей, – заторможенно сказал я. Чуть было не добавил: и не будет, но вовремя прикусил язык. Есть вещи, которые я готов скрывать даже от… самого себя?

– Еще бы! – Его… мои глаза влажно поблескивали. От меня… него уже ощутимо пахло коньяком. – Восемь часов в день рядом с вашим бета – прости Господи! – вивисектором – какие могут быть дети? Это даже хорошо, что нет.

– Что? – смысл слов ускользал от меня.

– Я говорю, чудесное место эти острова, – сказало оно. – Так что если еще не был, настоятельно… Ах, да! – Оно хлопнуло себя по лбу, как это всегда делаю я в моменты запоздалого просветления. И я почти ненавидел его в этот момент за это «Ах, да!» и за этот присвоенный без спросу, то есть, попросту говоря, украденный жест.