Дымов Феликс Яковлевич

Букля

1

О чем подумает нормальный здравомыслящий человек при виде рыжего негра? Первым делом, что напекло голову солнцем, что пересидел вечером у телевизора, до сих пор в глазах розовые голографические чертики из рок-сериала, что лукавый бармен капнул в фирменный безалкогольный напиток чего-нибудь одурманивающего. Коли природа обделила тебя воображением - а именно таких набирают в Международную Вахту Паритета, - то удовлетворишься еще более простым предположением: мол, шевелюра у нового напарника крашеная, и, к лицу она ему или не очень, тактичнее всего чужих странностей не замечать. Известно, однако, удобное объяснение не обязательно самое верное. Второй год носил "полковник" Занин свое временное представительское звание. И хотя звездочки на погонах в их службе не предусмотрены, да и сами погоны никогда не отягощали занинских плеч, и невооруженным глазом было видно: явившийся на смену шикарному парню Дику новичок натурален от огненных вихров над крутым черным лбом до мягких мара-фонок. Редкое, можно сказать - невозможное сочетание мастей. И кто знает, не поставлена ли перед красавчиком задача каким-то образом вывести из себя "восточный сектор"? - Добро пожаловать! Вэлкам! - на правах старожила приветствовал гостя советский представитель Вахты. - Дмитрий Занин. - Кен Лазрап, - представился американский коллега. Синхронные улыбки, краткое, но крепкое - на измор - рукопожатие, дозированный наклон головы. До "верительных грамот", слава человеческому легкомыслию, не дошло. Почти одновременно Кен Лазрап преуморительно сморщил нос, Дмитрий Занин службицки выкатил глаза, и оба облегченно рассмеялись. Страшнее всего на Вахте нарваться на зануду. - Давно в Паритете? - спросил Занин. - Пятый год. На вахте впервые. Об этом можно не сообщать, это видно по голым шевронам. Чтоб заработать к ним пальмовую ветвь, надо отдежурить в таком вот бункере два полных срока.