На станции тоже было пусто. До первой электрички еще оставалось несколько минут. Когда я, как обычно, протянул контролеру свой сезонный билет и хотел пройти на перрон, контролер вдруг схватил меня за руку.
- Эй, вы! - сказал он не очень-то вежливо. - А билет где?
- Да вы что, ослепли, что ли? - возмутился я и сунул ему под нос билет в пластмассовой обложке.
И тут я увидел, что билета в обложке нет. Что за черт! Вчера вечером он, как всегда, лежал здесь.
- Выронил, что ли?.. - пробормотал я. Исчез не только сезонный билет, но и все визитные карточки и билеты метро. Вернуться к Номуре? Но уж очень хочется спать. Поеду домой, а там видно будет, - решил я.
Кассу еще не открыли. Я подошел к билетному автомату. И тут мне показалось, что станция как-то изменилась. Я никак не мог понять, в чем дело, но что-то было не так. Я опустил монету и нажал ручку. Автомат щелкнул и выбросил горсточку пыли. Никакого билета не появилось.
- Эй, ты! - крикнул я контролеру, окончательно разозлившись. - Чем придираться, следил бы лучше за своими автоматами! Человек тратит деньги, а он испорчен.
- Как это испорчен? Быть не может!
- Может или не может, но он не работает. А если не работает, какого черта горит лампочка?! Только людей обманываете!
Касса все еще не открывалась. Было слышно, как за окошечком кто-то взволнованно говорит по телефону:
- Да, да, все до единого! Что? У вас тоже? Что же делать?
Между тем на станции скопилось довольно много народу. Некоторых так же, как меня, задержал контролер, другие, пошарив по карманам, помчались домой. Человек пять-шесть безнадежно пощелкали ручкой автомата и, убедившись, что он испорчен, обступили кассу. Они барабанили кулаками и орали:
- Эй, что вы там, заснули, что ли? Давайте билеты!
И тут меня вдруг осенило.
Ну, конечно! Недаром мне показалось, что на станции что-то изменилось. Оказывается, исчезли все плакаты. Схема, нарисованная масляной краской на железном листе, осталась. А пестрые рекламные плакаты исчезли бесследно! На зеленой доске объявлений торчали только кнопки. Вглядевшись повнимательней, я обнаружил внизу, на раме, тоненький слой пыли.